«буран»: триумф и трагедия

«У русских все в порядке!»

А вот как отреагировали иностранные читатели на эти снимки и рассказ.


«А, Россия… Мировой Детройт».

«Черт, это и правда печально. Как-то стыдно, что космическая гонка между Россией и США давно закончилась из-за «астрономических» затрат. И все же поразительно, как много из этой гонки вышло техники, которую мы сегодня считаем чем-то обыденным».

«Учитывая, насколько незначительна стоимость космических программ по сравнению с национальными бюджетами, я никогда не понимал, как можно оправдать вот такой бесхозный распад».Реплика в ответ: «Даже по сравнению с военными бюджетами».

«Удивительно, как нечто настолько потрясающее можно вот так запросто бросить. Как будто в пятницу люди, как обычно, ушли на выходные, а в понедельник решили не возвращаться».

«Можете себе представить, чтобы сотрудники NASA после закрытия программы «Спейс шаттл» заперли бы здание сборки в Космическом центре им. Кеннеди с кораблями внутри и просто свалили?»

«Между тем Байконур – все еще крупнейший космодром на планете и каждый год запускает больше ракет, чем когда-либо в истории! Не стал бы я слишком сочувствовать русским. Все у них в порядке».

«Возможно, эти челноки брошены гнить потому, что русским как-то не по себе беречь столь очевидные копии американских шаттлов. Русские инженеры способны на большее. Они абсолютно точно могут спроектировать свой собственный космический корабль отличного качества, и им лучше бы сосредоточиться на этом, чем ухаживать за старыми челноками и отвечать на бесконечные вопросы туристов, почему они так похожи на американские шаттлы».


«NASA – российской космической программе:

Реплика в ответ: «Учитывая, что мы сейчас полагаемся на «Союзы», чтобы попасть на МКС, думаю, именно русские смеются последними».

«Возникла мысль: какую кучу денег они могли бы заработать на продаже плиток керамической обшивки? Я бы встал в очередь».

«Надо было предложить их музеям, чтобы весь мир мог ими любоваться!»

Устройство «Бурана»

«Буран» был выполнен по самолетной схеме с крылом двойной стреловидности. В носовом отсеке корабля располагалась цельносварная кабина для экипажа из 2-4 человек и 6 пассажиров. Здесь же была размещена большая часть бортового оборудования «Бурана».

Старт 15 ноября 1988 г. Космодром Байконур

В средней части корабля был сделан грузовой отсек с открывающимися створками. В нем располагались манипуляторы, с помощью которых можно было производить погрузку-разгрузку и другие операции. В отсеке 4,7 на 18,55 метра и объемом 350 кубометров можно было выводить на орбиту до 30 тонн и спускать на землю до 20 тонн груза, что в 1,5 раза больше, чем у «Шаттла».

Объединенная двигательная установка «Бурана» включала в себя два двигателя орбитального маневрирования и 46 двигателей газодинамического управления. Для управления кораблем и поддержки его работы использовалось более 50 бортовых систем. На случай аварии компьютерные системы управления были дублированы четырехкратно. Объем программного обеспечения составлял гигантские по тем временам 100 мегабайт. Все это обеспечивало возможность пребывания «Бурана» на орбите в течение 30 суток.

Основным отличием «Бурана» от «челнока» стала система автоматического управления, с помощью которой корабль мог выполнять весь полет и посадку без участия человека. Ручное управление посадкой было добавлено по просьбе космонавтов.  

Длина «Бурана» составляла 36,4 метра, размах крыла − около 24 метров, высота корабля на шасси − более 16 метров. Стартовая масса корабля − более 100 тонн, из которых 14 тонн приходилось на топливо.

Такие параметры не позволяли перевозить корабль наземными средствами. Поэтому специально для транспортировки «Бурана» и элементов ракеты-носителя к месту сборки и старта по воздуху был модифицирован самолет ВМ-Т «Атлант», бывший стратегический бомбардировщик 3М. Позже для перевозки «Бурана» был создан самый большой в мире транспортник Ан-225 «Мрия».

Выводить «Буран» на орбиту должна была двухступенчатая ракета-носитель «Энергия», которая могла применяться для запуска и других космических аппаратов. Спуск корабля осуществлялся с помощью газодинамического и аэродинамического управления, в конце использовался тормозной парашют. Для посадки была доработана отдельная полоса на Байконуре и на двух запасных аэродромах в Приморье и в Крыму. Кроме того, в резерве имелись еще 14 аэродромов, в том числе в Ливии и на Кубе.

Всего по программе было построено три корабля, последний из которых не был закончен. Также была заложена основа для второй серии.  

«Ушла романтика…»

1. Перед вами фасад МЗК. Как пишет автор снимков, это «едва ли не самое большое здание на территории космодрома».

2. Внутри стоят 2 корабля: настоящий «Буран» и его технологический полноразмерный макет для отработки предстартовых операций.

Нужно пояснить, что настоящий – это так называемый «Буран 1.02», который хотели назвать «Бурей» (у иностранцев он почему-то прославился как «Птичка»). Это второй летный экземпляр советской программы шаттлов, который мог бы отправиться в полет в 1992 году, если бы программу не закрыли из-за нехватки денег. К тому моменту корабль был готов на 95-97%.


Второй челнок в ангаре, макет ОК-МТ, снаружи и внутри выглядит как реальный корабль, за исключением некоторых деталей. По иронии, «место рождения тех, что должны были бороздить космические просторы, стало им усыпальницей и склепом», грустно замечает владелец ЖЖ.

3. «Боковые стены МЗК увешаны десятками опускающихся или поворачивающих технологических платформ, оснащенных гидроприводами, — пишет Ralph Mirebs. — Эти конструкции необходимы для всевозможных работ на разных высотах, без прикосновения к теплозащитным плитам. Здесь же находятся пассажирские шлюзы-трапы для попадания на борт орбитальных кораблей».

4. Сами челноки установлены не на шасси, а на транспортные тележки, которые могут перемещаться по утопленным в пол рельсам. Желтые конструкции – это технологические платформы для доступа к кабинам и двигателям. Как и корабли, они могут передвигаться по рельсам.

5. «Нынешнее состояние кораблей весьма плачевно, — рассказывает очевидец. — Часть плиток теплозащиты отвалилась, остекление кабины разбито, крылья и фюзеляжи покрывает обильный слой птичьего помета, скопившегося за 20 с лишним лет».

6. «В хвостовой части «Буря» лишилась контейнера с тормозными парашютами, но двигательная установка выглядит вполне целой».

7. «У макета ОК-МТ носовая часть сохранилась заметно лучше, да и лобовое остекление не пострадало».

8. «Внутри макета почти все так же, как и на «взрослом» корабле».

9. «Непонятно, что стало с отсутствующим оборудованием – не было установлено или было выдрано на драгоценные металлы», — размышляет автор.


10. «В шлюзовом модуле и кабине царит разгром, но в отсеке полезного груза и в двигательном отсеке относительно чисто».

Пост заканчивается такими словами: «Из космонавтики ушла романтика, оставив ей лишь сухие цифры финансовой статистики. Зачем тратить триллионы на космос, если это не принесет прибыли за обозримое время?»

Предыстория

Несмотря на то, что впервые идея космического корабля-аэроплана была высказана русским инженером Фридрихом Цандером в 1921 году, идея крылатых многоразовых космических кораблей не вызывала особого энтузиазма у отечественных конструкторов – решение получалось чрезмерно сложным. Хотя для первого космонавта наряду с «гагаринским» «Востоком» ОКБ-256 Павла Цыбина проектировало крылатый космический корабль классической аэродинамической схемы – ПКА (Планирующий Космический Аппарат). Утвержденный в мае 1957 года эскизный проект предусматривал трапециевидное крыло и нормальное хвостовое оперение. Стартовать ПКА должен был на королевской ракете-носителе Р-7. Аппарат имел длину 9,4 м, размах крыла – 5,5 м, ширину фюзеляжа – 3 м, стартовую массу 4,7 т, посадочную – 2,6 т и был рассчитан на 27 часов полета. Экипаж состоял из одного космонавта, который перед посадкой аппарата должен был катапультироваться. Особенностью проекта было складывание крыла в аэродинамическую «тень» фюзеляжа на участке интенсивного торможения в атмосфере. Успешные испытания «Востока», с одной стороны, и нерешенные технические проблемы с крылатым кораблем – с другой, вызвали прекращение работ по ПКА и надолго определили облик советских космических аппаратов.

Работы же по крылатым космическим кораблям разворачивались только в ответ на американский вызов, при активной поддержке военных. Например, в начале 60-х в США начались работы по созданию небольшого одноместного возвращаемого ракетоплана Dyna-Soar (Dynamic Soaring). Советским ответом стало развертывание работ по созданию отечественных орбитальных и воздушно-космических самолетов в авиационных конструкторских бюро. В ОКБ Челомея были разработаны проекты ракетопланов Р-1 и Р-2, в КБ Туполева – Ту-130 и Ту-136.

Но наибольших успехов из всех авиационных фирм добилось ОКБ-155 Микояна, в котором во второй половине 60-х годов под руководством Глеба Лозино-Лозинского были развернуты работы по проекту «Спираль», ставшему предтечей «Бурана».

Проект предусматривал создание двухступенчатой авиационно-космической системы, состоящей из гиперзвукового самолета-разгонщика и орбитального самолета, выполненного по схеме «несущий корпус», выводимого в космос с помощью двухступенчатой ракетной ступени. Работы завершились атмосферными полетами пилотируемого самолета-аналога орбитального самолета, названного ЭПОС (Экспериментальный Пилотируемый Орбитальный Самолет). Проект «Спираль» значительно опередил свое время, и наш рассказ о нем еще впереди.

В рамках «Спирали», уже фактически на стадии закрытия проекта, для проведения натурных испытаний были выполнены ракетные запуски на орбиту искусственных спутников Земли и суборбитальные траектории аппаратов «БОР» (Беспилотный Орбитальный Ракетоплан), которые сначала представляли собой уменьшенные копии ЭПОСа («БОР-4»), а затем и масштабные макеты космического корабля «Буран» («БОР-5»). Падение интереса американцев к космическим ракетопланам повлекло фактическое прекращение работ по этой тематике и в СССР.


С этим читают